Есть ли у врача-«боксера» шансы на смягчение приговора?
Защита просит для Ильи Зелендинова условный срок.
Фото: Евгения ГРЕБЕНИК. Перейти в Фотобанк КП
Белгородский областной суд 18 мая рассмотрит апелляционную жалобу на приговор врачу-«боксеру». Напомним, бывший хирург второй городской больницы Илья Зелендинов получил девять лет и два месяца колонии строго режима. В придачу его на три года лишили права заниматься медицинской деятельностью.
Этот удар стал для пациента роковым. скриншот видео.
Преступление, которое повергло в шок всю страну, произошло 29 декабря 2015-го года. Молодой хирург ударом отправил на тот свет 55-летнего Евгения Вахтина, обратившегося в больницу за помощью. Другу пациента, который был сопровождающим, тоже досталось от доктора. Смертельный «нокаут» и избиение запечатлела камера наблюдения. Через неделю с небольшим скандальное видео стало достоянием общественности и подняло волну негодования.
ПОСЛЕ «НОВОГОДНИХ КАНИКУЛ» - В СИЗО
Как только происшествие оказалось в фокусе центральных СМИ, события начали стремительно развиваться. В первый же день после новогодних каникул, 11 января, врача, находившегося под подпиской о невыезде, задержали. А спустя сутки стало известно, что вместо двух лет лишения свободы Илье Зелендинову грозит уже пятнадцать лет колонии - дело экс-хирурга переквалифицировали с «Причинения смерти по неосторожности» на «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть». 12 января бывший доктор отправился в СИЗО. К тому времени главврача второй городской сняли с должности. А в больницу, где случилось ЧП, направились многочисленные «ревизоры».
ХИРУРГ: «Я НЕ СОБИРАЛСЯ НИКОГО БИТЬ, А ТЕМ БОЛЕЕ УБИВАТЬ»
Сам Илья Зелендинов назвал произошедшее в приемном покое трагической случайностью. На протяжении всего процесса он уверял, что «не собирался никого бить, а тем более убивать».
Как известно, врач отправился вслед за больным из хирургического корпуса в терапевтический после жалобы медсестры.
Алина Кучма уверяла в суде, что пациент нарочно ударил ее ногой.
Фото: Евгения ГРЕБЕНИК. Перейти в Фотобанк КП
- Я рассказала Илье Александровичу, что не смогла промыть человеку желудок вследствие того, что пациент меня ударил, - объясняла в суде Алина Кучма.
По версии врача и медсестры, они шли к Евгению Вахтину не разбираться, а оказывать недообследованному пациенту помощь. По словам Ильи Зелендинова, потасовку спровоцировало поведение сопровождающего. Хирург уверял, что пустил в ход кулаки лишь потому, что чувствовал угрозу. А о смертельном «нокауте» он высказался так:
- Если бы я его не опередил, он ударил бы первым.
САНИТАРКА: «НА НАШУ БОЛЬНИЦУ ВЫЛИЛИ СТОЛЬКО ГРЯЗИ!»
Медики, выступавшие в суде в качестве свидетелей, жаловались, что часто подвергаются нападениям со стороны пациентов. Бывшего коллегу Илью Зелендинова они характеризовали как уравновешенного человека. Горой за доктора стояла пожилая санитарка Людмила Чеботкова, которая помогала Алине Кучме во время промывания желудка больному. Женщина уверяла, что хирург всегда был внимателен к пациентам.
По словам санитарки, хирург всегда был внимателен к пациентам.
Фото: Евгения ГРЕБЕНИК. Перейти в Фотобанк КП
- Очень много грязи было на нашу больницу, на нашего врача, на нашу медсестру. Сказали, что они любовники. Это же все неправда! Вы понимаете?! И эта грязь на всю страну! – сетовала женщина.
Поведение погибшего Евгения Вахтина санитарка назвала безобразным. Людмила Чеботкова уверена, что больной нарочно «припечатал медсестру к стенке». В то же время Александр Авилов, друг погибшего, утверждал, что пациент случайно дернул ногой во время неприятной процедуры и задел девушку. В ответ санитарка заявила, что это она из чувства сострадания посоветовала сопровождающему сказать, что Евгений Вахтин случайно ударил медсестру.
ЗАЩИТА НАМЕРЕНА ДОБИВАТЬСЯ ОТМЕНЫ ПРИГОВОРА
Гражданская жена погибшего Евгения Вахтина назвала срок, который получил врач, справедливым наказанием. А адвокаты Ильи Зелендинова намерены добиваться переквалификации дела. Они настаивают, что бывший врач совершил преступление по неосторожности. По мнению защитников, у преуспевающего доктора не было никаких причин в присутствии коллег и под прицелом видеокамеры калечить, а тем более убивать пациента, с которым он даже не был знаком. Об этом, по мнению адвокатов, свидетельствует и то, что врач нанес второму мужчине 13 ударов, но при этом не причинил здоровью Александра Авилова даже легкого вреда.
Защитники также подчеркивают, что удар в сонную артерию, который, по мнению эксперта, стал для Евгения Вахтина смертельным, был направлен в голову. Об этом в суде говорил доктор медицинских Сергей Леонов, которого по ходатайству защиты допросили в качестве специалиста. Из его заключения следует, что врач попал в шею, так как пациент уклонился.
Защитники Зелендинова не согласны и с тем, что врач избил сопровождающего из хулиганских побуждений. По их мнению, хирург защищался. Адвокаты настаивают, что преступление спровоцировало поведение потерпевших, и собираются просить об условном сроке для подзащитного.
ПРОГНОЗЫ ЮРИСТОВ
Высказать свое мнению по поводу квалификации дела врача-«боксера» и сделать прогнозы о шансах на смягчение приговора мы попросили авторитетных белгородских адвокатов.
Борис Золотухин:
- Основанием для квалификации действий Ильи Зелендинова по ст. 111 ч. 4 УК РФ («Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть») стал факт причинения его ударом травмы рефлекторной зоны (каротидного синуса), вызвавшей рефлекторную остановку сердца. При таком выводе заключения судебно-медицинской экспертизы следствие и суд должны были установить, что при нанесении удара осужденный хотел попасть именно в рефлекторную зону, расположенную на шее человека.
В качестве доказательств наличия такого прямого умысла суд в приговоре указал на действия Ильи Зелендинова во время конфликта (нанесение удара в жизненно-важные органы - в лицо и шею), наличие у него опыта врача и знание анатомии тела. То есть суд посчитал доказанным, что осужденный хотел ударить пациента именно в шею - в место нахождения рефлекторной зоны.
Полагаю, что наличие специальных медицинских познаний и опыта работы врачом в данном конкретном случае являются лишь обстоятельствами, которые самостоятельно, без наличия соответствующих доказательств прямого умысла, не подтверждают намерение Ильи Зелендинова попасть именно в шею. Интересно, что согласно выводам заключения судебно-медицинской экспертизы одним ударом погибшему помимо травмы рефлекторной зоны, причинены повреждения подчелюстной области слева и в проекции левого угла левой челюсти. Это говорит о том, что Илья Зелендинов хотел попасть не в шею, а в челюсть погибшего. Однако в силу либо движения своего тела, либо движения тела погибшего этот удар пришелся в сонную артерию.
Напомню, что сам осужденный отрицал намерения попасть в эту точку. Если же обвинение утверждает, что Илья Зелендинов, исходя из опыта врача и знания анатомии тела, целился в рефлекторную зону и хотел причинить тяжкий вред здоровью, то его действия следовало бы квалифицировать по ст. 105 УК РФ, как убийство. Ведь получается, что осужденный знал о последствиях удара и сознательно допускал наличие последствий в виде рефлекторной остановки сердца. Однако то, что Илья Зелендинов оказывал пациенту медицинскую помощь, пытаясь спасти Евгения Вахтина, говорит об отсутствии у врача умысла на убийство. Мне представляется, что при указанных выше обстоятельствах больше оснований для квалификации действий осужденного по ст. 109 УК РФ («Причинение смерти по неосторожности), нежели по ст. 111 ч. 4 УК РФ.
Какое решение по делу будет принято судами апелляционной и кассационной инстанции? Полагаю, что квалификация останется без изменения. Необъективное освещение этого дела двумя, так называемыми, «известными» блогерами как на своих интернет-площадках, так и на федеральном телевидении с обвинениями лечебного учреждения и правоохранительных органов в сокрытии преступления, в неоказании надлежащей помощи погибшему и прочих прегрешениях является ничем иным, как судом Линча, и создает негативную картину вокруг этого дела. Ведь именно беспрецедентное освещение этого дела в СМИ и послужило причиной переквалификации действий Ильи Зелендинова.
Почему утверждаю о необъективности этих блогеров? Да хотя бы потому, что их обвинения больницы и правоохранительных органов рассыпались, как явный бред. Далее – один из них известен, как «чрезмерный любитель» белгородского здравоохранения, а другой был явно заинтересован в исходе дела, поскольку представителем потерпевшей в деле была его близкий родственник.
Дмитрий Стрелков:
По-моему, очевидно, что врач не целился ни в какую смертельную точку. Вряд ли хирург второй городской больницы обладает секретной техникой удара, как героиня Умы Турман в «Убить Билла». Иначе ему надо было бы вменять «Убийство».
В данном случае квалификация преступления упирается в причину смерти. Лично у меня выводы эксперта вызывают сомнения. Из заключения следует, что мужчина умер от остановки сердца, ставшего последствием удара в шею. Но при этом тот же специалист утверждает, что пациент скончался спустя час после событий, запечатленных видеокамерой. Думаю, если бы к гибели привела рефлекторная остановка сердца, то смерть наступила бы сразу.
В суде выводы экспертизы поставил под сомнение специалист, приглашенный по инициативе стороны защиты. Как вы помните, Сергей Леонов настаивал, что причиной смерти стала черепно-мозговая травма. Почему нельзя было удовлетворить ходатайство о назначении повторной судебно-медицинской экспертизы? Она развеяла бы все сомнения. Что за необходимость была выносить приговор в такой спешке? Если пациент умер от черепно-мозговой или другой травмы, то действия врача должны быть квалифицированы как причинение смерти по неосторожности. Разумеется, замахиваясь на больного, хирург не рассчитывал, что пациент повиснет в воздухе. Но вряд ли у него был умысел одним ударом причинить здоровью человека тяжкий вред, а уж тем более лишить его жизни.
Учитывая какой резонанс получило это дело, не думаю, что апелляционная инстанция уменьшит врачу срок. Единственное, что могу сказать в успокоение осужденному, в США он бы получил лет двадцать.
Куаншкалей Бердыгужиев:
- Считаю, квалификацию действий Зелендинова по ч. 4 ст. 111 УК РФ правильной с учетом выводов заключения судебно-медицинского эксперта о причине смерти потерпевшего, а также причинно-следственной связи между действиями осужденного и наступившими последствиями в виде смерти Вахтина. Смерть наступила в короткий промежуток времени после травматизации жизненно-важных органов потерпевшего. Зелендинов как врач знал, где располагаются жизненно-важные органы человека, и должен был предвидеть наступление таких последствий. С учетом видеозаписи, показаний очевидцев событий выдвинутая осужденным версия вызывает обоснованное сомнение, поэтому у защиты шансы на переквалификацию действий Зелендинова маловероятны. С учетом того, какой резонанс вызвало данное дело в СМИ, смягчение наказания осужденному тоже вызывает большие сомнения.
Владимир Белый:
Не оспаривая изложенные в приговоре выводы Октябрьского районного суда Белгорода, полагаю, что определенные сомнения в квалификации действий бывшего врача по ч.4 ст.111 УК РФ все же имеются.
Здесь следует принять во внимание, что в данном случае, по мнению следствия, тяжкий вред здоровью потерпевшего наступил в результате целенаправленных, совершенных с прямым умыслом действий. В свою очередь, это предполагает наличие у осужденного на момент нанесения ударов четко сформированного желания и намерения причинить пациенту именно тяжелую травму, которая по своему характеру может угрожать именно жизни потерпевшего.
То, что врач не сразу кинулся к лежащему на полу пациенту, на мой взгляд, свидетельствуют об отсутствии намерений причинить здоровью потерпевшего тяжкий вред. Он не ожидал, что удар повлечет такие последствия. Об этом говорит и оказание хирургом через незначительный промежуток времени медицинской помощи потерпевшему. Согласно результатам психолого-психиатрической экспертизы, осужденный - вменяемый человек. Сложно предположить, чтобы, будучи в здравом уме, врач в присутствии своих коллег и перед видеокамерой намеренно наносил пациенту тяжелые увечья. Все это вызывает определенные сомнения в правильности квалификации действий Ильи Зелендинова, как, впрочем, и выводы судебно-медицинской экспертизы о телесных повреждениях, полученных пациентом, и причине его смерти.
Не думаю, что врач обладает секретными приемами боевого искусства. Из видеозаписи очевидно, что удар и попадание в область каротидного синуса (области сонной артерии) не были прицельными и целенаправленными. Далеко не каждый удар в область боковой поверхности лица и шеи может повлечь наступление именно таких тяжелых последствий. Тем более, что травматизация в результате удара именно рефлексогенной зоны – области каротидного синуса слева, которая расценивается как тяжкий вред здоровью, на мой взгляд, носит случайный характер. Во всяком случае, каких-либо данных, свидетельствующих о намерении врача нанести удар и попасть именно в эту рефлексогенную зону, мы не увидели.
Таким образом, на мой взгляд, предпочтительной квалификацией действий бывшего врача при установленных по делу обстоятельствах было бы обвинение по ч.1 ст.109 УК РФ, т.е. причинение смерти по неосторожности. Считаю, что обжалование и дальнейшее рассмотрение данного дела, в том числе судом апелляционной инстанции, позволит устранить все имеющиеся сомнения в правильности квалификации действий осужденного.
Алексей Уколов:
- Считаю, что действия Зелендинова подлежат квалификации по ч. 1 ст. 109 УК РФ, потому что экспертиза установила причину смерти в результате редко встречающегося и довольно специфического травматического воздействия - однократного удара в область каротидного синуса (сонной артерии). Для того, чтобы умышленно причинить тяжкий вред здоровью таким способом, надо обладать соответствующими навыками. Зелендинов, судя по не опровергнутой позиции защиты в суде, не проходил службу в военизированных спецподразделениях, а также не занимался боевыми единоборствами. Хотя он и является по специальности врачом-хирургом (то есть знает о сонной артерии больше обычного человека), но не имеет навыков боя и не владеет специальными боевыми приёмами. То, что характер удара свидетельствует об отсутствии таких навыков, подтвердил и специалист в суде. Из описанной в приговоре видеозаписи следует, что Зелендинов наносил Вахтину удары в лицо. При таких обстоятельствах, если считать достоверной судебно-медицинскую экспертизу, то Зелендинов попал в артерию по неосторожности, без умысла причинить тяжкий вред здоровью потерпевшего. Об отсутствии умысла свидетельствует и то, что после случившегося Зелендинов стал оказывать помощь потерпевшему.
Что касается шансов добиться отмены приговора и переквалификации дела, я не верю в такие шансы при нынешнем состоянии правосудия в стране и с учётом резонанса. Убеждён, что шансов было бы много больше, если бы не было скандала и шума на всю страну. Считаю также, что та мотивировка, которая заложена в приговоре в подтверждение умысла осуждённого (удар в жизненно-важный орган, совершённый врачом, разбирающемся в анатомии и знавшем куда бил, целенаправленно метившим в каротидный синус) вообще соответствует статье 105 УК - убийство. Здравый смысл не позволяет представить себе человека, специально наносящегося акцентированный удар в каротидный синус и не допускающего или не желающего такого последствия, как смерть. Поэтому в этой части в приговоре обоснование квалификации противоречиво. Добавлю уже не по анализу доказательств, скорее не как юрист, а как человек видавший много экспертиз, проведённых нашим бюро СМЭ, и как человек, у которого на опыте сложилось определённое представление об их качестве, а также о принципиальности людей, которые их проводят, что лично я не верю судебно-медицинской экспертизе по данному делу о причине смерти (хотя категория «верю» не годиться для юриспруденции), и предполагаю, что причина смерти - ЧМТ. Несмотря на то, что в приговоре ЧМТ не установлена вовсе, но обстоятельства дела и собственный опыт заставляют предполагать иначе, чем версия суда в приговоре и экспертов в заключении экспертизы.